Инструкция по выживанию группа солист

Тридцать лет и три года сегодня социально-музыкальной формации «Инструкция по Выживанию». Поздравляю всех любителей тюменского рока!
Мирослав Немиров о том как это было:
1. 1985, ноябрь. Человек по имени Мирослав Немиров, то есть я, в указанный период — учитель русского языка в четвертых «д», «е» и «ж» классов средней школы номер 42 города Тюмени, приходит окончательно к выводу, что так дальше жить нельзя. А нужно становиться звездой рок-музыки. Иначе жизнь так и уйдет вся в прозябанье.
Не владея никакими музыкальными инструментами и не имея в придачу так называемого музыкального слуха, но считая, что умея писать стихи, он собирает 18-летних юнцов, которые немного умеют играть на гитарах (имена их — Аркадий Кузнецов (см.) и Игорь Жевтун (см.)), и заставляет их аккомпанировать ему, а он будет собственные тексты петь.
Они начинают репетировать. Происходят эти репетиции по ночам в инструментальной кладовой вышеупомянутой школы, где М.Немиров живет на выделенном ему администрацией диванчике — больше ему жить негде. Называется «группа» довольно помпезным именем «Инструкция по Выживанию» — такие уж тогда у меня были вкусы. И — за декабрь 1985 и январь — февраль 1986 сочиняется довольно много разнообразных песен, некоторые из которых до сих пор исполняются разными людьми — «Никто не хочет бить собак», например.
Сочинялись песни так: я сочинял текст и его пел — так, что Аркан с Жевтуном хватались за голову от ужаса, и разъяснял — так, что они опять хватались за голову — какое тут должно быть музыкальное сопровождение: тырц-тырц, бум-брамс, ууу! ууу! А на басу делай вжик! вжик!

2. (С этими конкретно «Собаками», кстати, если кому интересно, было так.
Первый куплет — из стихотворения Кручёных, каковое я не читал, естественно, — где мне было взять Кручёныха в западносибирской глуши? А его цитировал К.Чуковский в одной из своих статей 1910-х о футуристах.
В 1982 году А.Струков, первопроходец сибирского панка, сочинил песню, такого типично нововолнового типа, на этот куплет, и на ещё один, тоже из Кручёных в передаче Чуковского.
Вот я и предложил Аркану с Жевтуном восстановить эту песню. Только я текста не помнил, поэтому к первой Кручёныхской строфе присочинил три своих. Музыки я тоже не помнил и придумал свою — что-то в духе, как я сейчас понимаю, Гарри Глиттера. Слова должны были выкрикиваться отдельными выкриками, перемежающимися с неожиданными переходами в таки пение. Никто не хочет! бить! Собак! Запуганныыыыыыых и стааааарыыыыых!
Объяснял я им объяснял, как всё должно быть, ни фига не объяснил. Жевтун взял текст, сказал что дома подумает. И на следующий день принёс песню в виде рэггея — каковая теперь и известна интересующейся панк-роком общественности.
Мне совсем, кстати, не понравилось — я другого хотел.)

3. 1985, декабрь. Тогда имелся так называемый Второй Рок-клуб — в университетском студклубе, который тогда был в корпусе истфака на Перекопской. Человек тридцать любителей музыки рок со всей Тюмени там собиралось по вечерам выпить алкогольных напитков и обсудить вопросы этой музыки. Вот перед ними и решено было выступить.
Гузель сообщает: «Пошли в аудиторию, сдвинули парты, получилась сцена, вы втроем — ты, Аркаша, Жевтун — на парты залезли и дали концерт.
Ты рубился отчаянно, дёргался и вопил, Жевтун был мрачен и мрачно же раскачивался с гитарой по широкой амплитуде, Аркаша помнится мне был немного скован вначале, потом же осторожно так попрыгивал. Вообще музыканты были достаточно статичны, зато ты скакал козлищей.
Сначала неловкость была у членов рок-клуба — как-то очень уж по дурацки вы на этих партах выглядели. Зато потом да, всех захватило.
Шапа сказал «Это пиздец!» и захлопал в абсолютной тишине, а остальные тут же подхватили. Именно тогда подумала, что вот первые вижу, как рождаются звезды. Не скажу, что именно такими словами я тогда думала, но чувство было точно такое.»

4. 1986, февраль. Немиров за отсутствие слуха бы, ещё ладно, но и чувства ритма также, от пения отстранен, но оставлен в должности вождя. И — осуществляется первая запись.
Это происходит в университете на третьем этаже, в помещении, называемом «ТСО у Кукса» (см. Кукарский И.), и осуществляется посредством записи разных партий на два бытовых магнитофона и последующее их совмещение на третьем.
Запись имеет характер так наз. «полуакустический» — две акустических гитары, чтобы гремели железным звоном, затем на них накладывается партия электрического баса и электрической гитары, и затем сверху — голоса А.Кузнецова и И.Жевтуна, которые поют то по очереди, то вместе, как некогда битласы.
В качестве ритм-компьютера используется очень большой письменный стол по которому ладонями бьет Шаповалов Ю. (см.), а вместо тарелочек он делает губами «чух». Получается, действительно, похоже на драм-машину: тум-чух, тум-чух, тум-чух, тум-чух. Ритм-компьютер в те времена — предмет роскоши и символ заграничного электронного футуризма, индустриализма, урбанизма и наступившей технотронной эры.
Таким образом записывается штук шесть разных песен, послушать которые нынче невозможно: уже летом того же года запись бесследно исчезает в мрачных недрах КГБ (см), о чем см. далее.

5. 1986, март. Ежегодный смотр университетской самодеятельности «Студенческая весна» в очередной раз назревает.
Автора этих строк всегда удивляло и удивляет до сих пор, какое большее значение в высших учебных заведениях СССР придавалось и придается до сих пор всевозможной художественной самодеятельности, но так оно было и есть. Это значение ей придается, оно чрезвычайно велико. Значительная часть студентов обоих полов при не только при попустительстве, но даже и при поощрении преподавателей и администрации, месяцами репетирует день и ночь танцы, пляски, чтение стихов с выражением и юмористические сцены.
Весной 1986, среди прочих, занятых этим, имеется также и безымянный вокально-инструментальный ансамбль факультета романо-германской филологии Тюменского Государственного университета; у них есть и барабаны, и усилители, и постоянное помещение для репетиций, и полный комплект музыкантов; играют они дюпапол, басистом является совсем уж нынче забытый человек по фамилии, кажется, Шевчук, барабанит — Кузнецов Евгений, гитаристом и лидером является Герман Безруков. Для уж совсем полного именно что дюпапола им не хватает второго гитариста; этим и придумывает воспользоваться Жевтун.
Он приходит на их репетицию, он предлагает свои услуги: он будет им помогать играть дюпапол, «блюзовый хард», как они сами это называют, в качестве второго гитариста, за это они дадут Жевтуну с А. Кузнецовым порепетировать на их аппарате их собственные, Жевтуна и Кузнецова, песни на тексты М.Немирова.
Герман пробует Жевтуна на предмет «Смок он зе Ватера» — тот оказывается вполне приемлемого уровня квалификации. Биение по рукам осуществляется. Начинаются репетиции.

6. 1986, март, первая половина. Они репетируют.

7. 1986, март, вторая половина. Они всё ещё репетируют.

8. 1986, апрель, начало. Начинает быть очевидным следующий факт: они уже совсем не уделяют внимания разучиванию песен «Дип Пёрпл», а все репетиционное время тратят на песни исключительно «Инструкции по выживанию». И даже более того: участники безымянного ансамбля факультета РГФ участвуют в этом с большим энтузиазмом, и называют себя ей.

9. 1986, 12 апреля. Публичное вступление получившегося ансамбля, наконец, осуществляется.
Надо отметить, что это был не просто концерт, а как бы вроде спектакль. Вот почему: вокруг Инструкции сформировалось некое коммъюнити человек в тридцать обоего пола, «формейшен» вот какой термин для обозначения этой группировки использовался тогда в Тюмени, — и вот, чтобы всех задействовать, чтобы никто не был обижен, что вот эти красуются на сцене, а я — — —; Немиров, то есть, я, сочинил что-то вроде пьесы об истории музыки рок — чтобы у каждого участника формейшена была в ней роль.
Пьеса показывала борьбу народного рока и шоу-бизнеса; главным героем был молодой талант Игги Джифтоун (исполнял Жевтун, естественно), которого всё пытается купить и погубить акула шоубизнеса Мистер Дроумч (Ромыч Неумоев, само собой); дело начиналось с классического рок-н-ролла и, через всю рок-историю, доходило до панка и нювайвы; мной, Арканом Кузнецовым и Жевтунярой было сочинено штук тридцать песен во всех стилях, чтобы эту его историю наглядно представить.
Поскольку театра я, вообще-то, сильно не люблю, и конечно, понимал, что перебивать рок театральными сценами и диалогами, — выйдет глупость и позор, то весь сюжет излагался в виде титров на слайдах, которые по ходу шоу слайд-проектором проецировались на публику, музыкантов, потолок итд. Слайды были изготовлены указанным выше Куксом, он и проецировал.
И вот оно 12 апреля и произошло в актовом зале корпуса физфака и длилось часа аж, наверное, полтора.
Караул! Полный успех! Улёт, отпад и восторг всех, присутствующих в зале, людей, кстати сказать, рок-музыке, которая тогда (впрочем, теперь снова) представляла собой скорее что-то типа секты, абсолютно чуждых — обыкновенных университетских девушек и юношей. Коллективный экстаз и массовое братание!

19. Вот как Аркадий Кузнецов рассказывал об этом человеку, называвшему себя тогда Эмма Кацнельбоген — http://imperium.lenin.ru/LENIN/10/ipv.html:

«АК: До последнего момента нас не покидало ощущение, что это невозможно. Все с кем приходилось общаться, говорили, что, во-первых, это не разрешат; во-вторых, ничего не получится; а, в-третьих, на фиг нужно.
Но всё, как ни странно, получилось. Нашёлся аппарат, нашлась куча всякой музыки (там ещё попутно был звуковой ряд — дискотека), нашёлся фотограф, который сделал слайды. Эти слайды, потом проецировались на потолок. То есть концерт даже по зрелищному ряду был, конечно, выдающийся.
Тем более туда пришла такая публика! Их было человек 20 в общей сложности вместе с музыкантами, может быть 30, но они все были раскрашены, губы волосы и прочие места, т.е. красивые, непонятные и страшные немножко.

— А обычная публика была?

А.К.: Обычная публика — да. Её-то было большинство. Потом мы вылезли на сцену. Ромыч Неумоев играл акулу капитализма и шоу-бизнеса мистера Дроумыча, на него надели цилиндр…

— Ромыч уже играл в «Инструкции»?

А.К.: Он был членом рок-клуба. Он тогда не занимался музыкой, не пел песен, не сочинял и, по-моему, даже не умел играть на гитаре.
Спектакль, конечно, весь скомкан был, потому что артисты не знали ролей, сценарий весь пошел к чертям. По сценарию Игорь должен был играть Игги Дживтоуна, но он очень обиженно сказал: «Игги Дживтоуном я быть не хочу!» «А кем ты хочешь быть?» — спросил Немиров. «Я хочу быть Джеффом Игги.» — «Ну будь». Так появилось имя Джефф, которое в Москве, по-моему, другие ассоциации вызывает.

— Какой у вас был состав?

А.К.: Состав: я — гитара и вокал, Игорь — гитара и вокалы, Джек Кузнецов — барабаны, Дима Шевчук — бас и Герман Безруков — гитара. И вот где-то к середине нашего выступления, когда по сценарию рокенрольное всё времечко прошло (мы сочинили несколько рокенролов такого забойного характера, часть на Немировские тексты, часть на свои), вдруг стало понятно, что спектакль на фиг никому не нужен. Мы вдруг почувствовали, что значит стоять на сцене и играть настоящую музыку. А в зале началась просто истерика… Какие-то люди прыгали на подоконниках… Концерт проходил в зале физкорпуса университета, там были огромные окна старого типа с большими подоконниками. Когда пришли менты, привлеченные страшным шумом, ревом и визгом, они настолько растерялись, что даже никого не свинтили. Они, видимо, подумали, что всё это им померещилось.
Концерт длился, длился, длился… Для многих людей, которые на нём были (я потом уже спрашивал), это было самым ярким впечатлением. И Джек… Джек, который очень иронично всегда к этому относился, где-то в середине концерта выскочил из-за барабанов, у него тряслись руки, он взял палочку и швырнул её в зал. Я понял, что всё — Джека тоже понесло.
И вот в тот момент не знаю, как другие, но я-то осознал, что всё и случилось. Тогда мы осознали, что мы действительно супер-группа. С самого начала, то есть не было никакого движения, добывания популярности. С первого концерта стало понятно, что мы действительно делаем что-то необычное.

— Вам можно позавидовать. Дай Бог, каждому музыканту испытать подобные ощущения!»

11. Кроме того, существуют воспоминания и Е. Кокорина «Джексона» — там про это тоже написано.

12. 1986, апрель, числа не помню, где-то в его середине. Всем университетским деятелям рок-музыки предлагают явиться на заседание то ли парткома, то ли профкома, то ли ещё какой ерунды этого рода. Смешно сказать, но, например, автор этих строк идет на указанное заседание в полной уверенности, что его сейчас будут всячески хвалить и поощрять за замечательные достижения в области новейшего искусства.
Но этого не явилось наличествующим. Все было прямо противоположно: на собрании вдруг оказалось собравшимся все, какое только ни есть, университетское начальство, за исключением разве что ректора, и оно пребывало в состоянии полного ужаса и кричало хором на недоумевающих рокеров, что они совсем отбились от рук, что сколько можно их покрывать, что их предупреждали, что доиграетесь, и — доигрались. Постановлено было: рок-клуб немедленно разогнать, о чем поместить сообщение в университетской многотиражке “Ленинец” (см.); остальное итого постановления составлял, как теперь говорят компьютерно продвинутые люди, спам типа «усилить», «обратить внимание», и проч.

13. 1986, конец апреля. И началось.
С большим изумлением участники вышеуказанного рок-мероприятия обнаруживают, что они вовсе не парни, которые развлекаются, как умеют, в основном — с целью удивлять девушек, куда! бери выше! С изумлением они обнаруживают, что они есть ни кто иные, как Подлинные Отчаяннные Беззаветные и Неукротимые Герои Вызова и Беспощадного Противостояния Режиму!
Это им объясняют в КГБ, в которое их давай по одному водить на беседы. Ибо всех по одному стали таскать в КГБ и вести воспитательные беседы.

14. Не всех. Жевтуна и обоих Кузнецовых, например, почему-то не таскали — сочли, видимо, за не более, чем исполнителей злой воли злого колдуна Немирова.
Зато таскали Шапу и предъявляли ему, среди прочего, реальное обвинение — с фотокопиями отпечатков пальцев — в распространении кришнаитских листовок, которые он действительно распространял — разбрасывал по почтовым ящикам. По тогдашнему УК это тянуло лет на 7.
Р.Неумоев очень хотел выступить в роли бесстрашного Павла Власова — и добился этого. Вызвали и его — он (по его словам) на все вопросы отвечал «Смерть коммунофашистским жидочекистким цареубийцам! Христос Воскресе! НЛО за меня отомстят!»

15. Оказывается, слава осуществленного ими исполнения песен превзошла все мыслимые пределы: сам Обком (см) КПСС (см) собирался и заседал экстренно созванным пленумом, ломая голову, что же теперь делать. По предприятиям города срочно были собраны партсобрания, на которых партийцев оповестили о необходимости усиления бдительности в связи с имевшей место вылазкой бесноватых молодчиков в честь дня рождения Гитлера. И т.д.
Панику властей города Тюмени можно понять: за всю четырехсотлетнюю историю города всегда здесь была тишь да гладь, сроду здесь не было ни диссидентов (см.), ни самиздата (см.), ни даже «Голос Америки» (см.) никто особо не слушал, и тут — на тебе!
Фотографии и записи с концерта должны были, действительно, приводить ответственных работников в ужас: сборище беснующихся личностей с искаженными лицами и черт-те какими прическами, предающихся оргии безумства под ужасающий грохот и визг; сборище типов, о которых автор, если он был Геродотом, то ему следовало бы сказать, что они похожи скорее на какое-то другое существо, чем на человека. Поневоле схватишься за голову!
(Записей у меня нет, фотографии есть. Если и когда будем делать иллюстрированное издание — вставлю.)

16. Решение было очевидным: извести заразу! Главарей стали изгонять из институтов и отправлять всеми правдами и неправдами в армию на перевоспитание (см. Шаповалов Ю., Жевтун И., Пахомов К.); остальные, предполагалось, сами в ужасе разбегутся.
Но вышло наоборот: остальные совсем не разбежались, а стали еще сильней продолжать погружаться в это дело; набежало множество нового народу, в результате чего группа «Инструкция по выживанию» стала ещё более постепенно превращаться в то, чем ее и планировал, чтобы она была, М.Немиров — не просто командой из нескольких музыкантов, лабающих рок, а большим формированием людей, коллективно занимающихся деяниями всеми подряд новейшими культурными явлениями — «формейшеном».
Если выводить из этого мораль, то она в том, чтобы указать на то, что вот какова в тот момент была сила жажды вести жизнь иную, а не ту, которую предписывал своим гражданам имевшая Советская власть и ее нормы и правила. Даже КГБ уже не пугало.
И, несмотря ни на что, бурная жизнь продолжалась очень бурно.

17. Кстати, о КГБ. Вот диалог из ЖЖ:

kakushkin: Этот концерт я хорошо помню. После этого концерта нас почему-то сильно начали долбить КГБ.

nemiroff: Вас — это кого?

kakushkin: «Француз» я. После этого концерта (а я тогда уже в вашем рок-клубе состоял) сотрудники кгб наведывались ко мне домой, где я жил с родителями, потом вызывали к себе. Непонятно только как списки членов того рок-клуба попали в руки особистов.

nemiroff: Копать-колотить! Ты же совсем тогда был сбоку припёка, в представлении вообще не участвовал!
Впрочем, Артурке в армию — который был уж совсем вообще никаким образом не причастен ни к чему — пришла бумага и его таскали к особисту на беседы.

za_gonzalez: >>Непонятно только как списки членов того рок-клуба попали в руки особистов.
Они на скрижалях были высечены, которые Немирову дал бог Яхве на горе Синай, и которые не успели во время облавы вовремя съесть, чтобы не достались особистам. Моего имени на тех скрижалях, видимо, не было, потому меня никто не долбил.
Секретарь комсомольской организации универа (забыл как его звали — до Васильева был) имел со мной беседу в сортире на третьем этаже в вполне либеральном стиле без каких-либо репрессий после. По всему тогда было видно, что он сам пересрался после того выступления.
Джека Кузнецова тоже, по-моему, никуда не таскали. А он-то уж непосредственный участник шоу был. Мать его, кажется, вызывали в органы. А самого нет.
И в универе на факультете никаких допросов не учиняли. Косились — замдекана лютая у нас была и др., — на примете держали, если что, не знаю. Но так тихо-мирно все было.
У Джека у самого надо спросить. Его же в армию тоже могли отправить, если б захотели сильно. Но не отправили.

kakushkin: Шутю!:) У Джека же зрение — какая ему армия?

za_gonzalez: Это и странно, какого фига они до тебя докопались, если даже не всех тех, кто непосредственно у руля шабаша стоял, зацепили.
Куксу, по-моему, тоже ничего не было. Даже после изъятой у него из кабинета кгбэшниками первой акустической записи Инструкции. Тебя-то за что было?

nemiroff: Тогда я многократно Диму Дьячкова обвинял публично, что он стукач. И требовал от него, чтобы он делился деньгами, которыми он на мне зарабатывает. А я за это сам буду писать за него отчёты в КГБ о том, что делается в рок-клубе.
Или пусть идёт на фиг и честно шпионит — подслушивает под дверью, заглядывает в замочную скважину.
Дьячков морщился, но не уходил.

za_gonzalez: И поэтому его за хорошую работу в стройбат потом отправили?

kakushkin: Хммм… Мне другую фамилию тогда называли

nemiroff: Я ж не говорю, что и сейчас это утверждаю. Я говорю, что тогда так говорил.
На самом деле, следить за нами было совсем не надо — мы ничего и не скрывали. Сказали бы, что их конкретно в нашей деятельности интересует — я бы им протоколы заседаний и отчёты о своих планах и намерениях сам бы слал, в трёх экземплярах.
Но, наверно, всё-таки следили. У них же отчётность была, план и всё прочее: завербовать столько-то, выявить опасных элементов — столько-то. Мы для них на самом деле золотое дно были — то в городе тишь да гладь, то нихуя себе! антисоветское подполье, да какое буйное!
Сразу сверхурочные, звёздочки, то и сё.

18. Как меня в КГБ возили на допрос и что там было, я в отдельном сообщении сообщу (ничего особо ужасного), а пока вот: в мае 1986 того же мы взяли, да большой толпой сами пошли в КГБ и потребовали у дежурного на входе пустить нас к начальству поговорить — я, Ромыч, Гузель точно там были, остальных не помню. Хотели выяснить, наконец, что им от нас нужно, в конце-то концов.
Дежурный удивился, позвонил по внутреннему телефону. Потом спросил: «А что вас беспокоит?» — «Да вот это мы начальству и расскажем!» Позвонил ещё раз. Спросил у нас: «Так вы те самые музыканты?» — «Ну». — «Начальник сказал, идите в ДК «Строитель», вас там будут ждать.»
Удивились, но пошли. Пришли — там нас ждал испуганный директор. «Это вам надо репетиционную комнату?» — нервно спросил он. — «Ну, вообще-то, да,» — продолжали удивляться мы.
И он нас повёл, и действительно нам тут же выдали точку для репетиций с аппаратом и всем прочим положенным. Местные звукооператоры смотрели на нас всё время, что мы там протусовались, месяца два, с почтительным ужасом, и все пожелания выполняли неукоснительно.
Так было. Это и участник тех событий, нынче обитающий в Торонто в Канаде, загонзазлез подтверждает:

za_gonzalez: Что ходили, слышал, но не знал, что вследствие этого выделили репетиционную точку в Строителе. Яко!! Музыкантов тамошних помню. Действительно, пиитетно к рокерам относились. Хоть и косились: «вот дебилы, играть-то толком не умеют.»
Так что если кто думает, что я всё выдумываю и сильно приукрашиваю — вовсе нет.

19. 1986 май — июнь. Фигле — работу учителем я бросил ещё в середине апреля, жить мне было негде и не на что; впридачу, у меня ещё и паспорта не было — украли в августе 1985 в аэропорту «Пулкова» в Ленинграде. Ну и вообще май (см.) месяц я крайне тяжело переношу: именно маюсь и даже порою в падаю в психоз.
Так что плюнул я на всё и уехал к родителям в Надым. Где устроился мальчиком на все руки в Су-13 Севертрубопроводстроя — см. об этом сообщ. Ямбург.
Правда, с ИпВ продолжал поддерживать связь — через переписку с Ромычем, Ю.Крыловым, Гузелью и др. И, типа, оставался вождём.

20. 1986, лето. А бремя лидерства непосредственно в Тюмени принимают на себя взамен отпавших бойцов Неумоев Р. и Птичка Гузель. И в августе того же 1986 года «Инструкция по Выживанию» уже выезжает за пределы города Тюмени, а именно в Свердловск (Гузель организовала), хотя из первоначального состава в ней только и остается, что описываемый Герман Безруков, и еще Е. Кузнецов, барабанщик.
В Свердловске она опять же успешно — то есть крайне скандально — выступает на сцене здешнего рок-клуба, играя оголтелый панк-рок, к которому свердловский народ совсем не привычен.
Описание этой поездки, сделанное Крыловым Ю., см. в статье Свердловск.

21. И понеслось. Осенью того же 1986 Ромыч организовывает новый состав ИпВ, приведя в неё гитариста Андрея Шагунова и басиста Александра Ковязина, осуществляет в Институте Культуры, куда устраивается работать, первые уже настоящие, полноэлектрические и с барабанами записи ИпВ — «Ночной бит», итд итп.
С лета 1987 Ромелла становится окончательно главным вождём ИпВ (и опять в новом ей составе — с Джексоном, Димоном, Арканом и Варелой), а с весны 1988 я от ИпВ уже окончательно отхожу, и она теперь становится полностью и исключительно персональный проект Романа Неумоева. С которым он, надо признать, достиг немалых успехов. Не менее трёх десятков песен ИпВ — настоящие офигенные хиты, в том числе и таких песен, которые уже сейчас, в 2000е годы изготовлены.

22. Зимой 1997, в городе Москве я как-то, на рынке возле метро «Планерная», стоял возле такого киоска, курил, пил пиво, ожидая мою птичку Гузель, которая суетилась насчет покупки всяческой еды и, от скуки, рассматривал, что в нем есть, и даже, от скуки, прочел список прочих кассет, которые есть, но не уместились на витрине. «Инструкция по Выживанию», ё-моё! И даже штук пять разных записей!
— Можно посмотреть?
Посмотреть было можно.
— А что ж так? Ни фотки их, ни списка исполнителей, ни всего прочего? Одна бумажка с названием, да перечень песен…
— Да ты что! — сказали мне из окошка ларька. — Какие фотки! Они же подпольные!

— полностью текст см. — http://www.mnemirov.ru/index.php/Безруков

— очень много фотографий Инструкции по Выживанию с комментариями Немирова см. — http://www.mnemirov.ru/index.php/Инструкция_по_Выживанию

В 1985 в Тюменском государственном университете по инициативе комитета комсомола был создан рок-клуб под руководством Мирослава Немирова. На базе клуба Аркадий Кузнецов и Игорь Жевтунов организовали группу «АРМИЯ ПОВСТАНЦЕВ ИМЕНИ ЧАКА БЕРРИ». В 1986 они записали первый акустический альбом «Инструкция по выживанию» в студии университета. В том же году состоялся отчетный концерт рок-клуба, на котором группа представила музыкальный спектакль «Здесь и сейчас» по сценарию Немирова о развитии рок-музыки. К спекталю Кузнецов и Жевтунов написали около 30 песен в разных стилях от рок-н-ролла до панк-рока. На концерте группа выступила в полном составе: Аркадий Кузнецов — гитара, вокал; Игорь Жевтун — гитара, вокал; Джек Кузнецов — барабаны, Герман Безруков — гитара и Дмитрий Шевчук — бас гитара. Одну из ролей в спектакле играл Роман Неумоев. Концерт вызвал широкий резонанс. Деятельностью группы заинтересовался КГБ. Клуб был закрыт, запись концерта изъята. Группа практически прекратила свое существование.

Коллектив возродил в 1986 Роман Неумоев под названием СОЦИАЛЬНО-МУЗЫКАЛЬНАЯ ФОРМАЦИЯ «ИНСТРУКЦИЯ ПО ВЫЖИВАНИЮ». В нее вошли Герман Безруков, Джек Кузнецов, Кирилл Рыбьяков, Юрий Крылов и сам Неумоев. В 1987 в группу вернулся Аркадий Кузнецов. Музыканты выступали на концертах в рок-клубах Тюмени. На репетиционной базе группы были записаны альбомы «Ночной бит» и «Инструкция по Обороне» (последний — совместно с Артуром Струковым из «КУЛЬТУРНОЙ РЕВОЛЮЦИИ», Егором Летовым и Владимиром «Джаггером» Медведевым (гр. «ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ГАСТРОНОМ»). После участия в фестивале «Сибирский рок в Москве», который проходил в ДК МГУ, группа выпустила наиболее известный свой альбом «Конфронтация в Москве». Затем музыканты выступили на «Втором Новосибирском фестивале» и на «Тюменском Фестивале Альтернативной и Леворадикальной Музыки». На Банаульском фестивале «Рок-периферия» в 1989 музыканты сделали запись, получившую широкое хождение под названием «Проба совести». Роман Неумоев, став идейным вдохновителем группы обратился к православной тематике. В 1990 выходит альбом «Память», а в 1991 — альбом «Внимание». В несколько измененном составе «ИНСТРУКЦИЯ ПО ВЫЖИВАНИЮ» приняла участие в акции «Руководство к действию», проведенной в рамках фестиваля современного искусства «Русский Прорыв», организованного редакцией газеты «Завтра» и Право-Радикальной партией. Чуть позже Неумоев и Летов объявили об организации движения «Русский Прорыв». В рамках этого движения в 1994 состоялись концерты в Тюмени, Киеве, Луганске, Ростове-на-Дону, Москве и Санкт-Петербурге. В 1995 в Тюмени, на концерте, посвященном дню рождения «ИНСТРУКЦИИ ПО ВЫЖИВАНИЮ» музыканты группы выступали в составе других коллективов («ЧЕРНОЗЕМ», «РОДИНА», «ВЕСЕЛЫЙ РОДЖЕР») и приняли участие в записи альбомов проекта Димы Кузьмина «ЧЕРНЫЙ ЛУКИЧ» «Ледяные каблуки», проекта Олега Манагера «РОДИНА» «Быть живым» и проекта Евгения Кокорина «ЧЕРНОЗЕМ» «Подарок для самого слабого». Неоднозначно относясь к собственному творчеству, Неумоев уничтожил оригинал альбома «Конфронтация в Москве». Оригинальность текстов Неумоева и самобытность группы позволяют «ИНСТРУКЦИИ ПО ВЫЖИВАНИЮ» продолжать активно выступать и записывать новые альбомы.

Дискография:

НОЧНОЙ БИТ (1987, магнитоальбом)

КОНФРОНТАЦИЯ В МОСКВЕ (1988, магнитоальбом)

ИНСТРУКЦИЯ ПО ВЫЖИВАНИЮ (1990, магнитоальбом)

ПАМЯТЬ (1991, магнитоальбом)

СМЕРТНОЕ (1992, магнитоальбом)

АРМИЯ БЕЛОГО СВЕТА (1992, магнитоальбом)

РУССКИЙ ПРОРЫВ (1993, магнитоальбом)

РЕЛИГИЯ СЕРДЦА (МиZАнтроп, 1994, магнитоальбом)

ЗВЕЗДНОЕ НЕБО-1 (1998, магнитоальбом)

ЗВЕЗДНОЕ НЕБО-2 (1998, магнитоальбом)

ЗА ЧИСТОЕ НЕБО! (2000)

REX (2002)

ПСКОВО-ПЕЧЕРСКИЙ ВЕНОК (2002)